Печатное издание: Корреспондент

ПОЛУОСТРОВ СОКРОВИЩ

Находка уникальной золотой подвески времен Крымского ханства разожгла на полуострове золотую лихорадку. Но сначала незадачливые ювелиры оценили ее в $ 50.

Ксения Гусева, хранитель Музея денег в Феодосии, достает из футляра для ювелирных изделий золотую вещицу размером с перстень. «Вот из-за этого и разгорелся бум кладоискательства в Старом Крыму [небольшой поселок рядом с Феодосией] и шумиха в прессе», – с долей иронии говорит она, демонстрируя украшение на ладони.
Однако, по мнению Александра Олещука, директора музея, историка и коллекционера, невнушительные размеры нисколько не преуменьшают значительности артефакта. Этот предмет, сосуд-подвеска для благовоний, который датируется концом XIV века, принадлежал кому-то из высокопоставленных вельмож Крымского ханства. К такому выводу пришел Олещук в ходе своих исследований.
Историю находки коллекционер считает драматичной. Сосуд нашел житель Старого Крыма 18-летний Артем Мухин, когда разбирал старую печь в собственном доме. Молодой человек по наивности продал подвеску местному ювелиру за $ 50, и она могла бы пойти в переплавку, если бы не попала в руки Олещука, который приобрел ее за 600 грн.
Находка раззадорила местных кладоискателей и заезжих «варягов»: по словам Олещука, ему уже предлагали продать подвеску за $ 50 тыс.
Тем не менее он уверен, что ее место в музее, а поэтому сама вещь не может иметь цены, но ее страховую стоимость оценивает в $ 10 тыс.
«Подвеска идентична предметам из знаменитого Симферопольского клада, который находится в Государственном историческом музее в Москве, – говорит Олещук. – В Украине же ни один музей не может похвастаться подобными экспонатами».

Золотая лихорадка

На том месте, где Мухин нашел клад, теперь выстроена новая печь. Юноша показывает место находки – «вот где-то здесь». О ее судьбе он вспоминает с сожалением: мол, если бы знал или умные люди подсказали, то не продешевил бы.
Золотой ханский сосуд был настолько загрязнен, что Мухин сразу и не понял, что это золото, но потом отмыл его, и артефакт заблестел.
Вырученные за него деньги пришлись как нельзя кстати: их хватило на билет до Ростова, куда парень отправился в гости к отцу.
«Я сдал ювелиру эту вещь как лом золота, – рассказывает молодой человек. – А когда вернулся, узнал, что моей находкой интересовались из музея, а в Старом Крыму местные начали искать сокровища».
Кладоискатели, которых Мухин называет своими старшими товарищами, даже специально купили дорогой металлоискатель. Приходили с ним и к нему, но в доме больше ничего не обнаружили.
Правда, одному из «старателей» все же повезло: он нашел старинный топор, продавать который пока не торопится, памятуя горький опыт приятеля.
«То, что простой парень не понял ценности находки, еще понять можно, – комментирует ситуацию Олещук. – Но ведь ее в руках держали ювелиры, которые едва не переплавили сосуд».
Коллекционер рассказывает, что один из них ходил по Феодосии и искал человека, который дал бы за подвеску самую высокую цену. Но в итоге пришел к Олещуку и продал ее за небольшие деньги, хотя директор музея от ювелира не скрывал, что вещь представляет историческую ценность.
«Я очень дорожу своей коллекцией и не продам подвеску даже за миллион долларов», – уверяет директор музея. Клад, где было пять похожих украшений, последний раз находили в Крыму в 1967 году. Он стал поводом для написания множества монографий и был отправлен, согласно правилам того времени, в Москву. «Ничего подобного в украинских музеях нет», – считает Олещук.
Как вновь найденная подвеска оказалась в доме, у него тоже есть свое объяснение: ее могли спрятать как семейную реликвию в 1944-м, когда крымских татар переселяли из Крыма в Приазовье.
«Тогда у людей было мало времени, и они прятали ценности в своих домах в надежде, что когда-нибудь сюда вернутся», – говорит Олещук.

Оценка клада

Круглая подвеска с ажурными стенками весом 2.56 г. была предметом туалета зажиточных граждан Крымского ханства времен правления хана Хаджи-Гирея – Олещук ссылается на исторические исследования. Она заполнялась овечьей шерстью и опускалась в сосуд с благовониями. Пропитанный мех потом долгое время источал аромат.
Такое украшение могли носить на одежде или вешали на портьерах в дворцовых помещениях. «Сначала ученые принимали аналогичные предметы из Симферопольского клада за пуговицы, – рассказывает Гусева, – но этот металл для пуговиц слишком мягкий». Ювелирный анализ показал, что сосуд выплавлен из золота пробы выше 900-й.
«В средневековье Старый Крым был центром производства золотой филиграни для Золотой Орды», – рассказывает Эльвира Бариева, директор старокрымского Музея истории, культуры и быта крымских татар.
С этим фактом она и связывает наплыв кладоискателей в поселке. Недавно, по словам Бариевой, к ней приезжали молодые люди, которые представились сотрудниками московского музея имени Пушкина, правда, документов не предъявили.
Они предложили Бариевой организовать покупку ими подвески у Олещука за $ 50 тыс., пообещав ей лично 10% от сделки. Бариева заключила, что это «черные археологи», которые прикрываются именем знаменитого музея.
«Несколько раз я видела, как они спускались в кяризы – подземные каналы древней системы водоснабжения Старого Крыма», – рассказывает она о поисковых работах «москвичей».
Все разговоры о суммах в десятки тысячи долларов, которые предлагались или были заплачены за сосуд, Олещук считает досужими домыслами завистников. То, что подвеска попала именно к нему, он называет большой удачей коллекционера и важным обстоятельством для сохранения исторической ценности.
Значительность находки подтверждает Людмила Строкова, директор киевского Музея исторических драгоценностей Украины. «Я уверена в подлинности этой вещи, – делает она заключение по фото. – Но ее страховая стоимость явно преувеличена директором феодосийского музея – она, возможно, на порядок ниже».
По мнению Строковой, это не подвеска, а пуговица, аналоги которой она находит в музейных каталогах. В одном из древних захоронений на Кавказе их было найдено несколько, и прикреплялись они, скорее всего, к одному платью.
В украинских музеях подобных экспонатов действительно нет, но не исключено, что они имеются в частных коллекциях и на черном рынке, полагает Строкова.
Она называет Крым археологическим Клондайком. «Любое широкое обнародование таких находок, считает она, только активизирует деятельность «черных» археологов, которые, раскапывая древнее золото полуострова, наносят ущерб государству и истории», – говорит Строкова.

"Корреспондент", № 6 (245), 17 февраля 2007 г., Дмитрий Громов (Киев – Старый Крым – Феодосия – Киев).

Создание и продвижение сайтов - Cтудия Bizon